— Скажи. Учитель ваш — он ведь сильный маг, правда? Почему же он не исцелил тебя, ведь ему это раз плюнуть! Почему бросил на верную смерть?
— Силы… Их нельзя тратить… чтобы хватило стать бессмертным… — залепетал Гастон, чувствуя, что почва уходит из-под ног.
Демон не слушал его оправданий.
— От твари, которая бросает своих близких на гибель, чтобы самой стать бессмертной, миру не приходится ждать добра! — объявил он торжественно.
И Гастон Шин не нашелся что ответить.
А потом они потребовали: «Откровенность за откровенность. Рассказывай, что знаешь. Почему Учитель должен стать бессмертным?»
Гастон колебался — боялся навредить друзьям. Слишком грозными воинами казались его новые спутники. Наемники — такие ни перед чем не остановятся!
Аолен правильно истолковал его молчание. Напомнил:
— В пророчестве сказано, что убивать Странников нельзя ни в коем случае. Да мы и не ставили перед собой такой цели. Наша задача — устранять последствия, и только. Ты напрасно опасаешься.
Слова его успокоили Гастона: эльфы не лгут — это всем известно. И юный маг рассказал, что знал. Но скоро пожалел об этом. Сколь ни страшна была его обида, фанатичная преданность ученика Учителю не могла умереть так быстро. По мере того как проходила первая боль, разум начинал искать оправдания. «Ведь я пробыл один совсем недолго, — рассуждал Гастон. — Учитель — величайший из современных магов, возможно, он обладает и тайным даром пророчества… Ну конечно! Учитель предвидел все, он знал, что я не пропаду в одиночестве, знал, что меня найдут. Иначе он никогда не бросил бы меня!.. Но он мог бы предупредить, — возражал он сам себе. — Почему он не предупредил? Мне бы не пришлось пережить такого страха, такой боли… и эти странные существа не приняли бы меня в свою компанию! Ведь я не обладаю даром лицедейства, я не смог бы правдоподобно изобразить умирающего. Учителю пришлось заставить меня поверить в страшное… Ведь он предупреждал, что миссия потребует больших жертв… Верно!»
Теперь он понял все! Разгадал хитроумный замысел Учителя!
Подобравшие его существа — враги, в этом он больше не сомневался. Возможно, они честные и благородные натуры, возможно, они сами не ведают, что творят. Но вольно или невольно они служат Злу. Помешать планам Странников — вот их цель! И убивать для этого вовсе не обязательно, достаточно просто отнять Грааль. Да! Они хотят именно этого, затем пустились в погоню.
И именно ему, Гастону Шину, поручено следить за ними. Именно ему было оказано величайшее доверие. Ах, сколь же велика мудрость Учителя! Он все смог предусмотреть, он знал, что не Корнелий, не Септим или Эолли, а именно он, Гастон, сумеет разобраться, что к чему, правильно истолковать случившееся и исполнить возложенное на него поручение!
От умиления и радости юному фанатику вновь захотелось пустить слезу, но он сдержался, чтобы не вызвать подозрений. Теперь он знал, что ему делать! Следить! Подслушивать разговоры. Примечать каждую мелочь. А дальше будет видно. Главное — ничем, ни словом, ни делом, не выдавать своей враждебности. До поры до времени.
А потом радость сменилась ужасом. Ведь он, движимый глупой обидой, выдал врагу самый сокровенный замысел Странников, разболтал почти все! Безумный! Ничтожный! Как он мог?! Ах, что же теперь делать? Как искупить вину, исправить ошибку?..
— Эй! Гастон! — Чей-то голос отвлек его от душевных терзаний. Маг обернулся: это окликала девушка по имени Ильза. Очень милая, наивная и непосредственная. Она так переживала, так искренне сочувствовала его беде. Неужели она тоже враг?! В это трудно было поверить! Нужно было поверить…
— Слушай, — она выглядела немного смущенной, — можно тебя спросить?
— Спрашивай.
— Скажи, твой Учитель — сильный маг? Да?
— Величайший! — ответил Гастон гордо. И тут же укорил себя: следует соблюдать осторожность, враги не должны заметить перемену в его настроении. Хорошо, девчонка ничего не поняла, ее интересовало другое.
— А ты давно у него учишься? В смысле многому научился? Знаешь всякие там магические штучки?
— Что ты понимаешь под «штучками»? — Юноша снисходительно улыбнулся.
— Ну… — Она задумалась. — Ну там колдовать по-всякому. Демонов вызывать… Да! — Эта идея ее увлекла. — Умеешь вызвать демона? Умеешь?! Правда?! Слу-ушай! Пока привал, давай кого-нибудь вызовем, а? Так интересно! Давай? — Ильза просительно заглядывала ему в глаза. Ей казалось, что он непременно откажется. Сошлется на отсутствие нужной магической утвари или еще что-нибудь придумает.
Но маг согласился!
С одной стороны, Гастон был не прочь похвастаться своим умением, ведь в искусстве вызывать демонов он превзошел даже талантливого Эолли. Это был его любимый конек! А с другой… Ему надо демонстрировать добрые намерения. Так почему бы не исполнить маленькую девичью прихоть?
Подготовка заняла не более четверти часа. На снегу и пентаграмма, и магические символы были отлично видны, а порошок для зелья он всегда держал в дорожном мешке — только развести, и готово!
И вот прозвучали слова заклинания, пентаграмма озарилась магическим сиянием, и внутри, весь в клубах дыма, объявился…
— Ой! Хельги! — всплеснула руками Ильза.
Да, это был он. Собственной персоной. Только что сидел поодаль, ел суп. И вдруг оказался в пентаграмме! Разве не чудеса?!
— Эй! Вы чего творите?! — осведомился демон сурово.
— Вызываем, не видишь разве? — объяснила Ильза.
Хельги совсем рассердился.
— Ненормальные, что ли? Зачем я вам понадобился? И что, нельзя было просто позвать? Я из-за вас супом облился! Весь! — Он брезгливо потряс руками, принялся вытирать их о снег.
— Да мы не тебя вызывали, а просто демона. Ты случайно попался. А суп есть вообще нельзя, ты сам говорил.
— Что дают, то и ем, другого у нас нет. На место меня верните, маги недоделанные! Или нет, просто выпустите наружу, я сам вернусь. А то еще зашвырнете куда-нибудь, знаю я вас!
Обескураженный Гастон послушно стер часть пентаграммы. Демон с видом оскорбленного достоинства удалился к костру.
Юный маг потрясенно молчал. Речам гнома он как-то не придал значения, не воспринял их всерьез. Мало ли что можно сочинить для красного словца. Но теперь он на собственном опыте убедился в правдивости сказанного. Это существо и впрямь было демоном! Самым настоящим! Да как бы не из высших! Очень уж ярко и зловеще сияла пентаграмма…
— Скажи, — тихо попросил он девушку, — как его зовут? Полное имя?
— Хельги Ингрем, подменный сын ярла Гальфдана Злого, — заученно оттарабанила та.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
